CLUBFUNDBLoG
Рождественские ярмарки:
фандрайзинг, просвещение или «карнавал»?

Большая честная статья, которую давно пора было написать.


Каждый год в ноябре–декабре один и тот же вопрос возвращается как мантра:

«А участвуем ли мы в этом году в рождественских ярмарках?».


У кого-то ярмарки — это восторг, тёплое сообщество, сборы «ух ты, как мы смогли!».

У других — это тяжёлое выгорание, ночи над поделками и вопрос «ради чего всё это было?».

Да, бывают ярмарки, которые работают
«Мы провели ярмарку в школе. Собрали 278 тыс. руб. Это было потрясающе. Екатеринбург. Более 100 человек пришли, несмотря на дождь».

Это пример, где сошлось всё:
✔ аудитория,
✔ место,
✔ вовлечённые родители,
✔ правильный формат,
✔ и ярмарка стала социальным событием.

И да, после этого хочется идти в другие школы и делать повторяемый кейс.
А теперь честно: чаще — это «бестолковая история»
«В маленьких городах — сельский сход. Народу мало, чепуха самодельная никому не нужна. Покупают из жалости — а это фандрайзинговая смерть».
«Это демотивирует. Фандрайзинг превращается в карнавал».
«Доноры начинают думать, что фонды — это ивент-агентства. В ленте одни праздники».

Это наблюдение, которое многие боятся озвучить: ярмарки могут вредить образу благотворительности. Потому что создают ощущение бесконечных развлечений, а не серьёзной работы.
Чёткие правила = меньше выгорания.
«Мы участвуем, если есть волонтёры. Сами — только крупные корпоративные заказы готовы делать»

Это позиция взрослой НКО, у которой есть чёткие критерии. Не мы тратим ночи на изготовление свечек — пусть делают те, кто хочет участвовать. Не менее 50 изделий — минимальный вход.
А теперь про деньги…
Средние сборы в регионах: 6 000 – 20 000 рублей.
Очень честный комментарий: «Времени жалко».

Потому что если посчитать:
✔ стоимость материалов,
✔ трудочасы сотрудников,
✔ логистика,
✔ упаковка,
✔ аренда места,
✔ посты в соцсетях,
✔ фото/видео,
✔ отчёт…

То эти деньги иногда не покрывают даже затраты.
Но ярмарка может быть частью программной деятельности
Некоторые фонды честно говорят: «Это полезно ребятам как опыт».

И да, если это часть социализации подопечных — ярмарка имеет смысл как программа, а не как фандрайзинг.
Есть ярмарки, которые дают результат
«Закрытые ярмарки внутри банка — работают».

Почему?Потому что:
✔ теплая корпоративная аудитория,
✔ люди заранее готовы покупать,
✔ это элемент удержания партнёра,
✔ это внутренняя коммуникация компании.

Это уже не «рынок на площади», а корпоративный инструмент вовлечения.
2. Культура признания и благодарности
Простая вещь — замечать вклад людей — но многие НКО этим пренебрегают. А ведь признание усилий повышает мотивацию так же сильно, как и зарплата.

Кейсы
  • United Way Worldwide отмечает достижения фандрайзеров публично — на собраниях, в рассылках, через символические награды вроде звания «сотрудник месяца». Итог — снижение текучести на 15%.
  • Save the Children отправляет персонализированные письма благодарности от руководства, где отмечает вклад каждого сотрудника в успех кампаний.
Российский контекст

В России проблема удержания фандрайзеров становится всё более заметной. Основные сложности — низкая оплата труда, высокая нагрузка и недостаток организационной поддержки.


При этом уже появляются позитивные практики:

  • внутреннее обучение и перевод сотрудников из других отделов на фандрайзинговые позиции,
  • признание через прозрачные KPI и публичное поощрение,
  • внедрение бонусных систем за выполнение стратегических целей,
  • гибкие условия работы и внимание к эмоциональному состоянию команды.

Комплексных исследований по удержанию кадров в российском секторе пока нет, но запрос на системные решения растёт.

Давайте на примере посмотрим, сколько теряет организация, которая не вкладывает в удержание специалиста, который работает более 1 года. 


Берём сотрудника с окладом 110 000 ₽ в месяц (1 320 000 ₽ в год), который отработал не менее двух лет в организации.

При коэффициенте потерь 120% годового оклада:

Потери = 1 320 000 × 1,2 = 1 584 000 ₽.

При коэффициенте потерь 200% годового оклада:

Потери = 1 320 000 × 2,0 = 2 640 000 ₽.

То есть, уход одного опытного фандрайзера оборачивается потерями от 1,58 до 2,64 млн ₽ – и это без учёта срыва отношений с донорами.

Вывод
Фандрайзеры остаются, когда чувствуют ценность своей работы, видят перспективы и получают поддержку — как финансовую, так и эмоциональную.

Лучшие практики показывают: чтобы снизить текучесть, нужно действовать комплексно — от карьерных треков и обучения до гибкого графика, признания и заботы о благополучии.
Создание такой среды — это не только вопрос кадровой стабильности. Это инвестиция в будущее миссии организации.